+ Это важно !
+ Анализ событий
+ Страницы истории
+ Взгляд в будущее
+ Общее
+ Народный корреспондент
+ Для авторов
+ Сеть
+ Мониторинг

+ Форум

Кольцо Патриотических Ресурсов

Геополитическое значение Великой Победы

Автор: Леонид Ивашов (none)
Дата публикации: 04.04.2005
Категория: Общее
Версия для печати


     60-летие Победы Советского Союза в Великой Отечественной войне 1941-1945 годов снова и снова напоминает о былом геополитическом могуществе СССР, заставляет задуматься об истоках этого могущества, и, быть может, разглядеть в недавнем историческом прошлом пути выхода из острейшего кризиса, в который по недомыслию и злонамеренности властей предержащих ввергнуто сегодня наше Отечество.
     Геополитическое отступление Москвы по всем стратегическим направлениям, сравнимое с отступлением советских войск в 1941-1942 гг., – вот как я определил бы суть нынешнего момента. Это особенно бросается в глаза на фоне того положения в мире, которое Советский Союз занимал по окончании Второй мировой войны. СССР внес решающий вклад в победу над странами фашистского блока и завершил войну с небывало возросшим международным авторитетом. В 45-м и последующие годы это хорошо сознавали и правители, и народы. В лице Советского Союза мировое сообщество получило самостоятельный центр силы, способный на равных разговаривать с Западом. При самом активном участии СССР как члена «Большой тройки» была создана Ялтинско-Потсдамская система международно-правовых отношений, определившая миропорядок нескольких десятилетий.
     В результате Победы 1945 года человеческая цивилизация впервые в своей истории получила наиболее справедливую и защищенную правовыми нормами систему отношений между государствами, гарантию безопасности существования этих государств и перспективу мирного развития. Эта система носила глобальный, всеохватывающий характер. Регулятором отношений цивилизаций, государств и народов, гарантом их безопасности стали ООН и ее важнейший инструмент – Совет Безопасности. Советский Союз вне всякого сомнения стал державой № 1 в числе пяти постоянных членов СБ ООН. Международный престиж СССР после войны долгое время был недосягаем.
     Обращает на себя внимание, что при определении основ послевоенного мироустройства сыграл роль неформальный союз между лидерами СССР и США. Ф.Рузвельт, до войны критически относившийся к Советскому Союзу и лично к И.В. Сталину, в ходе войны под влиянием стойкости Красной Армии, выявившихся огромных мобилизационных возможностях советской политической, экономической и социальной системы, а также в результате разгрома немцев под Москвой, Сталинградом и в Курской битве изменил отношение к СССР и его лидеру.
     Рузвельту импонировала обязательность Сталина в отношениях между союзниками. Все обязательства, которые брала наша страна в рамках антигитлеровской коалиции, четко исполнялись. Впечатляла американского президента и спокойная, деловая манера ведения Сталиным переговоров и переписки. Это особенно контрастировало с поведением английского премьера. (Известно, что из-за действий Черчилля американские войска потерпели поражение в Эльзас-Арденнской операции в январе 1945 г. От полного разгрома их спасли советские войска, по просьбе Рузвельта срочно перешедшие в наступление и тем самым оттянувшие на себя гитлеровцев).
     В 1940 г. Рузвельт рассматривал вопрос о разрыве дипломатических отношений с Советским Союзом и пытался создать антисоветский фронт под предлогом оказания помощи Финляндии. В 1942 г. все обстояло иначе: президент США искал личной встречи со Сталиным без участия Черчилля. «Такая встреча, дающая возможность личной беседы, – писал американский президент 12 апреля 1942 г., – была бы чрезвычайно полезна для ведения войны против гитлеризма. Возможно, что, если дела пойдут так хорошо, как мы надеемся, мы с Вами сможем провести несколько дней вместе будущим летом близ нашей общей границы возле Аляски».
     В 1943 г., по признанию госсекретаря США Э.Стеттиниуса, участника Тегеранской и Ялтинской конференций, между лидерами США и СССР установилась атмосфера доверия. Рузвельт открыл для себя нового Сталина. Американскому президенту хотелось думать, что коммунистическая идеология была для советского вождя лишь прикрытием. Считать так Рузвельта побуждало то, что в принятии важнейших решений Сталин исходил не из идеологии – он всегда оставался прагматиком, строил расчеты, руководствуясь существующим балансом сил. В какой-то момент американский президент попытался разрушить план Великобритании выступить в качестве посредника между США и СССР и предложил Сталину встретиться в частном порядке (ему пришлось даже солгать Черчиллю, что такая идея родилась не в Вашингтоне, а в Москве).
     На Тегеранской конференции 1943 г. Рузвельт встретил появление в зале Сталина словами: «Мы приветствуем нового члена в нашей демократической семье». А после Ялтинской конференции (февраль 1945 г.) в послании конгрессу 25 марта 1945 г. он заявил: «От добросовестного выполнения союзнических соглашений, достигнутых в Тегеране и Ялте, зависит судьба Соединенных Штатов и судьба всего мира на будущие поколения… Здесь у американцев не может быть среднего решения. Мы должны взять на себя ответственность за международное сотрудничество или мы будем нести ответственность за новый мировой конфликт».
     Еще в 1942 г. Ф.Рузвельт в беседе с министром иностранных дел СССР В.М. Молотовым, излагая идею послевоенного устройства мира, выдвинул тезис о разоружении практически всех государств, кроме СССР, США, Великобритании и Китая, вооруженные силы которых должны были выполнять функции подавления войны, роль "полицейских". Тогда же появился тезис Рузвельта о том, что гонка вооружений несовместима со здоровой мировой экономикой и провоцирует войну.
     В Ялте Рузвельт пообещал Сталину льготный кредит в 4,5 млрд. долларов на послевоенное восстановление Советской России. Советский руководитель, в свою очередь, предложил американцам большое количество концессий, исключительно благоприятные условия для их капиталовложений и подвижки в создании в СССР рыночных отношений.
     Как оценить эти факты, говорящие о том, что, по-видимому, на завершающем этапе Второй мировой войны США и СССР в лице их руководителей (Ф.Д.Рузвельта и И.В.Сталина) предприняли попытку образовать в послевоенном мире нечто вроде кондоминиума – сообщества двух противоположных (и уже потому связанных принципом взаимной дополнительности) социально-политических систем, двух «сверхдержавных» центров силы, которые отвечали бы за поддержание мира и глобальной стратегической стабильности? Сложный вопрос. Вряд ли такое мироустройство могло быть прочным без тщательного соблюдения равновесия сил. Но, во всяком случае, здоровая конкуренция и даже соперничество двух геополитических систем, сложившихся в двух «больших пространствах», евразийском и американском, имело преимущества перед подготовкой войны на уничтожение друг друга.
     Можно лишь предполагать, насколько далеко удалось бы продвинуться руководителям СССР и США, имей они возможность встречаться чаще и без участия британского лидера. Рузвельт так и не смог провести со Сталиным переговоры с глазу на глаз. Президенту США мешала болезнь, советский вождь был поглощен борьбой на советско-германском фронте. Тем не менее, это стремление к взаимопониманию на личном уровне говорит о многом..
     В США и Великобритании это нравилось далеко не всем. Геополитический инстинкт островной, «пиратской» цивилизации, идея всемирного владычества, восходившая к временам абсолютного преобладания Британии на морях, продолжали туманить головы. В конце концов, мир двинулся в другом направлении. На смену попыткам сотрудничества, о котором пытались договориться лидеры СССР и США, пришла «холодная война», причем противостояние закладывалось уже в ходе горячей Второй мировой войны.
      В то же время после фултоновской речи У. Черчилля, который дал отмашку «холодной войне», мир увидел, что Советский Союз может не только сотрудничать, но и при необходимости достойно противостоять объединенному Западу, пытавшемуся сломать сложившийся за годы войны баланс сил и разрушить паритетную модель мироустройства.
     В свете дестабилизации международных отношений, происшедшей в результате распада СССО, нельзя не признать, что раскол мира на два лагеря принес международному сообществу определенную стабильность. Как если бы человек, балансирующий на одной ноге, встал на обе и обрел устойчивость. С образованием биполярного мира, по мере превращения Советского Союза в самостоятельный центр силы, вновь приобрел четкие очертания фундаментальный геополитический дуализм «океан - континент» (в терминах русского географа В.П.Семенова-Тян-Шанского - дуализм «клочкообразной системы», какой была разбросанная на морях Британская империя, и системы «от моря до моря», на которой было основано континентальное могущество России). По окончании Второй мировой войны «страны моря» и «страны суши» оформились в противостоящие системы с альтернативными моделями развития. Четко обозначились полюса двух сверхдержавных сил - морской (США) и континентальной (СССР), между ними впервые возникло паритетное соотношение совокупных потенциалов.
     Что характерно, в этой ситуации большинство государств мира считали себя защищенными, имели возможность для выбора своего пути развития. Наряду с двумя противостоящими блоками, между полюсами США – СССР существовали полюса поменьше, не такие мощные, но делавшие мир богаче, разнообразнее. В первую очередь – это авторитетное Движение неприсоединения, Китай с его стремлением к опоре на собственные силы, быстро развивавшаяся Индия, страны Юго-Восточной Азии, арабский мир, Латинская Америка, Африка. В условиях биполярного мира государства и их региональные объединения имели возможность маневрировать, выбирать модель развития, учитывать опыт обеих мировых систем. Это относилось не только к «третьему миру», но и к ряду стран, входивших в сферы влияния СССР и США.
     В результате победы Советского Союза в Великой Отечественной войне оформилось естественное геополитическое пространство «материковой сердцевины мира», или «срединной земли» («хартлэнд» в терминах Х.Д.Маккиндера). Получило воплощение многовековое стремление русского и других коренных народов России к распространению своих владений до их естественных границ. Географические границы России, как никогда ранее, приблизились к границам геополитическим: громадный российский параллелепипед с севера и востока омывался Мировым океаном, на востоке, юго-востоке и юге государственная граница проходила по естественным рубежам – Амуру, Гималаям, Кавказскому хребту, на западе – примерно по «линии Керзона», считавшейся в Европе естественной границей между Западом и Востоком. Советский Союз имел устойчивый и надежный выход в Мировой океан на Балтике, заполярном Севере и на востоке от Берингова пролива до Порт-Артура, на равных с другими черноморскими странами контролировал средиземноморские проливы. Советский Военно-морской флот нес службу в акватории всех океанов планеты.
     Важнейшим геополитическим итогом Великой Победы было то, что на балтийско-черноморской перемычке произошло воссоединение с Советской Россией ее исторических территорий, утраченных Российской империей после революции 1917 года.
     Был создан континентальный геополитический блок с прямым участием союзных стран Варшавского Договора и косвенным – ряда других стран-соседей. Система была сработана прочно: вплоть до конца 60-х гг. на границах Советского Союза не произошло ни одного серьезного конфликта, хотя среди наших соседей было несколько членов НАТО. Да и территориальные претензии к СССР никто не предъявлял. В результате победы в Великой Отечественной войне СССР сохранял мощное военное присутствие в Европе до 90-х годов ХХ века.
     США тоже «вошли» в Европу в результате войны и остаются там до сих пор. Но причины пребывания в Европе двух самых сильных государств мира были кардинально различны. Во-первых, Россия, в течение столетий подвергавшаяся агрессии с Запада, создавала для себя пояс безопасности с вынесенными далеко вперед рубежами. Во-вторых, Москва, способствуя построению в странах Центральной и Восточной Европы социально-экономических систем, однотипных с советской системой, стремилась обеспечить не только собственную безопасность, но и создать гарантию от ревизии итогов Второй мировой войны.
     СССР не искал в Европе экономических выгод. Более того, напрягая до предела свои силы в деле восстановления разрушенного войной народного хозяйства, неся огромные расходы по созданию противовеса американскому ядерному оружию, Москва в то же время помогала возрождению европейских государств, вошедших в орбиту ее ответственности.
     Соединенные Штаты, со своей стороны, внедрились в Европу, чтобы решить другие задачи:
     - приблизиться к реализации идеи мирового господства,
     - пересмотреть итоги второй мировой войны в свою пользу,
     - оказать военное давление на СССР и измотать его в ходе военного противостояния,
     - подчинить экономику Западной Европы своим интересам.
     Главным в этом списке задач было ослабление и разрушение Советского Союза как основного геополитического соперника на мировой арене.
     После войны мощь и международный авторитет Советского Союза стали общепризнанными. Многие народы с искренней симпатией относились к советской стране, стремились перенимать то, что представлялось им передовым, достойным осуществления в других странах. Многие видели в Советском Союзе модель развития, выработавшую принципы разумного расходования природных ресурсов, заложившую основы социального государства, свободную от коммерциализации отношений между людьми.
     Это был советский проект развития, реализация которого потребовала от нашего народа предельного напряжения сил, преодоления гигантских трудностей. Не забудем: прорыв от сохи к ядерному оружию, то есть к современному индустриальному государству, осуществлялся исключительно за счет внутренних ресурсов. В годы Второй мировой войны СССР утратил не менее 25-30 процентов национального богатства, но уже к 1950 году у нас был превзойден довоенный уровень промышленного производства, страна обрела ядерный щит, а еще через несколько лет первой в мире вышла в космос. Для сравнения: США за годы второй мировой войны, наоборот, сделали бизнес на военных поставках и заработали 23 тыс. тонн золота, не понеся сколько-нибудь серьезного материального ущерба.
     Мы знаем, что советская модель развития была сопряжена с очень значительными, порой невосполнимыми потерями. Но вместе с тем, передовая практика государственного управления большими социально-территориальными комплексами, успешное развитие лучших традиций русской инженерной и научной мысли, воплощение в жизнь принципов социальной справедливости стали после Второй мировой войны тем бесспорным, что вызывало интерес, симпатию, стремление перенимать опыт в большинстве стран мира. Это был, по большому счету, перспективный путь.
     Говорю об этом не случайно. Вступив в III тысячелетие от Рождества Христова, человечество стоит на развилке исторического пути. Абсолютно ясно, что общество неограниченного потребления исчерпало себя и не имеет перспективы, ибо оно предельно обострило противоречие между природой и человеком, между сверхпотреблением и ограниченностью природных ресурсов Земли.
     По моему глубокому убеждению, проект развития, который был реализован в СССР и который обеспечил советскому народу победу в Великой Отечественной войне, во многом близок к тому, что ныне требуется человечеству. Советский проект предполагал сокращение уровня потребления до разумного, научно обоснованного предела. В принципе, этот проект сочетал стремление к достижению умеренного достатка, позволяющего удовлетворять основные жизненные потребности, с развитием культуры знаний, науки, самой передовой техники, прорывных технологий, с установлением гармоничных отношений между человеком и природой.
     После тяжелейшей войны, гибели десятков миллионов советских людей, огромных разрушений среди приоритетов развития, избранных советским руководством, заняли свое место забота о подрастающем поколении (после войны практически не было такого массового беспризорничества, как сейчас: проблема решалась открытием сети суворовских училищ, детских домов, усыновлением детей погибших, поддержкой одиноких матерей), развитие образования, науки, высоких технологий. Это был проект, нацеленный в будущее.
     Я считаю, что в целом, в определении модели экономического развития, а также модели обороны страны в условиях большой войны крупных стратегических просчетов в Советском Союзе 30-х годов допущено не было. Очень важно, что и в геоэкономическом плане была заложена система экономики, которая отвечала требованиям устойчивости в случае широкомасштабной агрессии, обладала способностью наращивать мобилизационные возможности и гибко, быстро переключаться на выпуск той или иной продукции. После войны были учтены предвоенные ошибки, и мобилизационная подготовка экономики стала важнейшим направлением деятельности государственных и партийных органов. Сегодня нам этого катастрофически недостает. Согласованных мобилизационных планов нет даже на бумаге, нет законодательного решения на этот счет, нет практических возможностей.
     И еще один момент. Как ни парадоксально это звучит, но существование СССР было благом и для западного мира. Наша страна выступала достойным конкурентом Запада в выработке стандартов образа жизни, стимулировала западные государства на поиск новых индустриальных и социальных технологий, выявление резервов своей социально-политической системы. Хорошо известно, что именно опыт административно-командной системы управления в Советском Союзе, оплеванный идеологами перестройки и постперестройки, был широко использован при внедрении долгосрочного планирования и государственного регулирования в рыночных экономиках Японии, Германии, США.
     С точки зрения геополитики, участие нашей страны в достижении победы над державами «оси» во Второй мировой войне было событием планетарного значения. В результате этой победы сформировался континентальный блок во главе с СССР с подключением к этому блоку Китая и ряда других крупных государств. По сути дела, геополитические интересы Советского Союза, превратившегося после Второй мировой войны в великую мировую державу, стали распространяться на все континенты мира. В Европе и Азии они воплощались в виде системы социалистических государств и государств народной демократии. Куба и ряд латиноамериканских стран были опорными точками советского геополитического влияния в Западном полушарии. Свои и немалочисленные опорные точки были у нас и на Африканском континенте, и на Ближнем Востоке, и в Юго-Восточной Азии, ибо существование СССР, его привлекательный образ стали мощным стимулом развития процессов национального освобождения. Такой меры геополитического величия, как после окончания Второй мировой войны, Россия за свою историю не знала.
     Что же мы видим сегодня на геополитической карте мира? Начиная с Н.С.Хрущева, которого отличал провинциализм мышления, геополитические результаты Великой Победы постепенно утрачиваются. После распада СССР Москва добровольно ушла отовсюду, где полвека назад советской державе удалось утвердить свои интересы. Произошло то, что даже в страшном сне не могло присниться нашим отцам, строившим и защищавшим Союз: не удалось не только предотвратить распад СССР, - не удалось удержать в сфере своих интересов постсоветское пространство, то есть территорию исторической России. И Прибалтика, и Закавказье, и Средняя Азия были отданы сопернику Советского Союза – Соединенным Штатам. В Средней (новой Центральной) Азии, где с согласия России на американское присутствие закрепились базы США и НАТО, помимо ущерба нашим собственным национальным интересам мы получили глухое раздражение Пекина, не без основания подозревающего российские власти в неискренности и непоследовательности. Идя в фарватере американской стратегии, Москва потеряла свои позиции в мусульманском мире. Геополитический откат наблюдается и на европейском направлении. Россия сознательно отказалась от опорных геополитических точек в отдаленных районах, уйдя с Кубы (радиоэлектронный центр Лурдес) и из Вьетнама (база Камрань).
     Соединенные Штаты, напротив, все более утверждаются в своем стремлении к однополярному миру и планомерному освоению геополитического пространства России.
     Мы же оставляем свои позиции повсюду. Положение усугубляется отсутствием у российского руководства геополитической стратегии и пораженческим поведением правящей псевдоэлиты. Сфера национальной безопасности в России сжалась до состояния полной неспособности защитить личность, общество, государство.
     Каким может быть выход из сложившегося положения? Есть ли возможность вернуться к системе геополитических координат, в которую ввела нашу страну Великая Победа 1945 года?
     Было бы преступно утверждать, что в обозримом будущем исправимо все, что разрушено. Увы, геополитическое наследие СССР преступно пущено на ветер. Тем не менее, существуют объективные факторы, способствующие сохранению нашей страной положения одного из мировых лидеров. Россия с ее огромными просторами, исключительно выгодным пространственно-географическим положением, ресурсным и интеллектуальным потенциалом всегда будет оставаться геополитическим соперником любой державы, любой силы, стремящейся к мировому доминированию. Проглотить такой кусок целиком не под силу даже Соединенным Штатам.
     У России есть и естественные союзники, заинтересованные в том, чтобы сказать «стоп» американской военно-политической машине, стремящейся к достижению глобального господства. Такие союзники есть у России и в Европе, и в Восточной Азии, и на Ближнем и Среднем Востоке. Растет настороженность и неприятие американской политики, особенно в связи с планами США и их союзников развязать агрессию против Сирии и Ирана. Взаимопонимание России с ее потенциальными союзниками можно и нужно формировать настойчивой системной работой на внешнеполитическом поле. Как отмечалось в недавней коллективной работе российских аналитиков, развитие мирового сообщества может пойти разными, в том числе и неожиданными путями, но в любом из вариантов развития "России, опять-таки, не обязательно участвовать в роли сателлита".
     Для реализации союзнического потенциала на международной арене нужны серьезные внутренние усилия, нужна концентрация воли государства и народа, иначе 2005 год может стать прелюдией к большим потрясениям, к окончательной утрате Россией сколько-нибудь достойной геополитической позиции. Власть – это или дар Божий, или наказание Господне, поэтому надежд на осознание правящей элитой (по существу – антиэлитой) нависшей над страной угрозы и вывод России из системного кризиса остается немного. Сегодня, как никогда, необходим возврат к истокам нашей Великой Победы, – духовному единству народа, объединению во имя спасения Отечества всех здоровых сил на единой мировоззренческой платформе, на базе единой стратегии действий.
     
      Источник: fsk.rustrana.ru/article.php?nid=7803
Генерал-полковник Леонид Ивашов
Статьи по теме:

страницы: 1
Copyleft 2004 Harbinger
система публикаций: Sanitarium WebLoG
X